„Ироничные сказки и волшебство next door” Юлия Кима

E-mail Печать PDF

Христофор Колумб открыл Америку, Марк Захаров заново открыл пьесу Евгения Шварца „Обыкновенное чудо”, а Юлий Ким переложил жанр ироничной сказки на музыкальный лад. Так свершаются большие открытия. Волшебство? Пожалуй. Юлий Черсанович уверен, что все обыкновенные и необыкновенные чудеса встречаются нам на каждом шагу и надо просто уметь их замечать. 

- Юлий Черсанович, Вы работали с известнейшими режиссерами: Марком Захаровым, Масленниковым, Бортко... чьи фильмы Вам ближе?

- Я с удовольствием пересматриваю фильмы „Бумбараш”, „Обыкновенное чудо”, „Формула любви”, „Двенадцать стульев”. Очень люблю фильм „Барон Мюнхгаузен”, хотя в нем я не работал, к сожалению. У Масленникова с удовольствием пересматриваю его „Шерлока Холмса”. У Захарова еще, конечно, „Свифта”...

- Судя по всему Вам близок жанр ироничной сказки?

- Вы попали абсолютно в точку!

- А сами верите в сказку? Волшебство, которое находится next door?

- В то, что чудеса происходят сплошь и рядом - да. Надо просто уметь замечать их, смотреть под ноги. А чудеса встречаются на каждом шагу, это точно.

- С Вами самим случались обыкновенные или необыкновенные чудеса?

- Случалось, что после поцелуя человек превращался в зверя. А вот что я кого-то превращал в медведя - такого не было! Но это образно говоря. А если серьезно, то настоящее чудо у нас случилось однажды с композитором Дашкевичем. Буквально за 30 минут мы написали песню о конях, вернее - я 25 минут сочинял слова, а он 5 минут мелодию. И меня просто поразило, как гениально Дашкевич нашел, подобрал музыку для слов буквально в считанные минуты. Это было настоящее чудо!

- Возвращаясь к сказке, вернее к литературе. Вы следите за современным литературным процессом?

- К сожалению, я не знаток современной русской литературы, читаю урывками. Из современных авторов с удовольствием читаю прозу Игоря Губермана, Людмилы Улицкой, Дины Рубиной. Из поэзии предпочитаю перечитывать произведения Иртеньева, Иосифа Бродского, Давида Самойлова. С Давидом мы были друзьями. Помню, как весело проводили с ним летние сезоны в Эстонии - в Пярну, часто заежали в Таллинн.

- Так что Прибалтика Вам хорошо знакома? Бывали в Риге?

- Да, конечно, бывал неоднократно. Хотя больше времени мы проводили в Эстонии и Литве, но я очень люблю Ригу, люблю гулять по Старому городу. В Риге у меня был „производственный роман” с Адольфом Шапиро, мы ставили с ним в театре „Бумбараша”.

- А какие другие города Вас творчески вдохновляют?

- У меня было много работ с самыми разными театрами и в самых разных городах. Вдохновляют города, где ставили спектакли. Особенно дороги города Омск, Томск, Красноярск...

- Как северно звучит, однако!

- А еще Иркутск... давно там не был.

- Скажите, а любимые литературные или киноперсонажи у Вас есть? Кому хотелось бы подражать?

- Нет, таких нет и не было. Но, правда, когда был молод, признаюсь, мне очень импонировали герои Анатоля Франса. Они как эго автора были носителями идеи „иронии и сострадания”, которая мне очень близка и понятна...

- Так это тот самый барон Мюнхгаузен из захаровского фильма!

- Нет, барон - он романтик, хоть и ироничный и остроумный...

- А Вы не романтик?

- Нет, я скорее герой Бержере из романа Анатоля Франса. Герои-мудрецы мне больше по духу.

- Было приятно побеседовать с мудрым человеком. Спасибо, Юлий Черсанович, за интересную беседу!

AddThis Social Bookmark Button

 

Добавить комментарий